Одним из наиболее выразительных проявлений жизненного начала в позднем творчестве Н. Заболоцкого является стихия музыки в самых разных ее проявлениях. Наш анализ поэзии Заболоцкого раннего периода показал, что сфера звучания вообще и музыкальная сфера в частности была связана в мироощущении поэта с категорией безумия и соположенных ему мотивов и представлений. В позднем же периоде творчества музыкальная сфера получает совершенно иной эмоционально-образный ореол, потому что понятия из данного смыслового поля как бы "втягиваются" в зону категории жизни. В стихотворении "Метаморфозы", которое является сгустком поэтической философии зрелого Заболоцкого, мы читаем:

				…Мир
	Во всей его живой архитектуре –
	Орган поющий, море труб, клавир,	
	Не умирающий ни в радости, на в буре.
			(I, 191)

Явления природы, звери, птицы, деревья, растения – все наделяется у Заболоцкого способностью петь:

	Лодейников очнулся. Над селеньем
	Всходил туманный рог луны,
	И постепенно превращалось в пенье
	Шуршанье трав и тишины.
	Природа пела. Лес, подняв лицо,
	Пес вместе с лугом.
			(I, 168)

В стихотворении "Утренняя песня" поют "деревья, звери, птицы" (I, 212), поет кузнечик в стихотворении "все, что было в душе", даже сама История, становясь предметом поэтической рефлексии, поет. "Здесь История пела, как дева, вчера" (I, 207), – пишет Н. Заболоцкий.

В поэзии зрелого Заболоцкого мы встречаемся с такими метафорами, которые преображают мир, делая его музыкой: это и "органы скал", и "оркестры рек", и "литавры и бубны истории".

В стихотворении "Бетховен" мы читаем:

	В рогах быка опять запела лира,
	Пастушьей флейтой стала кость орла,
	И понял ты живую прелесть мира
	И отделил добро его от зла.
			(I, 198)

Заболоцкий "раздает" музыкальные инструменты героям своих стихотворений:

	И кузнечик трубу свою поднял,
		и природа внезапно проснулась,
	И запела печальная тварь славословье уму…
			(I, 180)

	А в небе, седые от пыли,
	Стояли камфарные лавры
	И  в бледные трубы трубили,
	И в медные били литавры.
			(I, 212)