Начало работы М. Булгакова над новым романом. Об этом говорят даты, проставленные в черновых тетрадях, набросках текста будущего произведения: 1928-1937. Среди рукописей встречается и другая датировка: 1929-1931; 1929-1938. Текст романа, напечатанный в 5-м томе Собр. соч. М.А. Булгакова в 5-ти т. (М., 1989-1991), датирован 1929-1940 гг. В сохранившейся черновой тетради 1 зафиксировано первое название произведения — «Черный маг».

Рукописи, черновые редакции "Мастера и Маргариты", подготовительные материалы к роману хранятся в РГБ (Отдел рукописей. Ф.562).

28 февраля. Знакомство М.А.Булгакова с Еленой Сергеевной Шиловской, его будущей женой.

Весной М.Булгаков делает неудачную попытку напечатать главу «Мания Фурибунда» из романа теперь уже с названием «Копыто инженера» в сборнике изд-ва «Недра», о чем можно судить по расписке секретаря изд-ва Б.Леонтьева от 8 мая: «Мною получено для сборников «Недра» рукопись «Фурибунда» от автора ее М. Булгако ва — под псевд. К. Тугай» (См.: Чудакова М. Жизнеописание Михаила Булгакова. М., 1988. С. 405).

18-28 марта. Из письма М.А.Булгакова Правитель ству СССР: «И лично я, своими руками, бросил в печку черновик романа о дьяволе, черновик комедии и начало второго романа «Театр». Все мои вещи безнадежны» (5, 448).

«Тогда случилось последнее. Я вынул из ящика стола тяжелые списки романа и черновые тетради и начал их жечь. Это страшно трудно делать, потому что исписанная бумага горит неохотно. Ломая ногти, я раздирал тетради, стоймя вкладывал их между поленьями и кочергой трепал листы. Пепел по временам одолевал меня, душил пламя, но я боролся с ним, и роман, упорно сопротивля ясь, все же погибал...» ("Мастер и Маргарита"; 5,143).

18 апреля. Разговор по телефону со Сталиным, который звонил М. Булгакову.

Работа с черновиками романа, переписка нескольких глав.

Новая рукописная тетрадь романа с вариантами заглавий: «М. Булгаков. Роман. 1932 г. Фантастический роман. Великий канцлер. Сатана. Вот и я. Шляпа с пером. Черный богослов. Он появился. Подкова иностранца... Он явился. Происшествие. Черный маг. Копыто консультан та» (Булгаков М. Великий канцлер. М., 1992. С.14-15. Далее: ВК).

Сентябрь. Женитьба на Е.С.Булгаковой.

Возвращение к роману.

2 августа. Из письма В. В. Вересаеву: «В меня же вселился бес. Уже в Ленинграде и теперь здесь, задыхаясь в моих комнатенках, я стал мазать страницу за страницей наново тот свой уничтоженный три года назад роман. Зачем? Не знаю. Я тешу сам себя! Пусть упадет в Лету! Впрочем, я, наверное, скоро брошу это» (5, 491).

«27 сентября. Миша читал Коле Л(ямину) новые главы романа о дьяволе, написанные в последние дни, или, вернее, — ночи» (Дневник Елены Булгаковой. М., 1990. С. 39. Далее: ДЕБ).

6 октября. «Разметка глав романа» («...21. Полет. Понтий Пилат. Воскресенье») (ВК, 15).

«8 ноября. М.А. почти целый день проспал — было много бессонных ночей. Потом работал над романом (полет Маргариты). Жалуется на головную боль» (ДЕБ, 44).

«23 января. Ну и ночь была. М.А. нездоровилось. Он, лежа, диктовал мне главу из романа — пожар в Берлиозовой квартире. Диктовка закончилась во втором часу ночи» (ДЕБ, 53).

Февраль. Переезд на новую квартиру (Нащокинский пер., 3).

12-16 июля. В Ленинграде на гастролях отмечен юбилейный пятисотый спектакль МХАТа «Дни Турбиных». Запись в тетради: «Роман. Окончание. (Ленинград, июль 1934 г.)».

21-30 октября. Булгаков пишет главу «Последний путь».

30 октября. Слова из тетради дополнений к роману: «Дописать раньше, чем умереть» (ВК, 16).

Осуществлена новая «разметка глав».

Завершена «первая относительно полная рукописная редакция» (ВК, 16) романа.

М. Булгаков пишет дополнения к основному тексту произведения.

21-22 июня создается глава о Босом. (Чудакова М. Указ. соч. С. 569).

6 июля. Начата новая тетрадь дополнений, написана глава «Последний полет», «до этого представленная двухстраничным наброском. Герой на протяжении всей главы именовался «мастером»; фабульная его коллизия впервые получала здесь разрешение...

Роман был завершен и, по-видимому, на время оставлен» (Чудакова М. Указ. соч. С. 588-589).

Продолжение работы над романом.

«13 мая... Вечером — одни. М.А. сидит и правит роман — с самого начала («О Христе и дьяволе»)» (ДЕБ, 146).

«17 мая... Вечером М.А. работал над романом о Воланде.

18 мая. Вечером М.А. опять над романом. Телефон молчит целый день» (ДЕБ, 148).

«17 июня. Вечером у нас Вильямсы. М.А. читал главы из романа («Консультант с копытом»)» (ДЕБ, 155).

«25 июня... М.А. часто уходил к себе в комнату, наблюдал луну в бинокль — для романа. Сейчас — полнолуние» (ДЕБ, 156).

«23 сентября. Мучительные поиски выхода: письмо ли наверх? Бросить ли театр? Откорректировать роман и представить? Ничего нельзя сделать. Безвыходное положение» (ДЕБ, 167).

«23 октября... У М.А. из-за всех этих дел по чужим и своим либретто начинает зреть мысль — уйти из Большого театра, выправить роман ("Мастер и Маргарита"), представить его наверх» (ДЕБ, 172).

«27 октября... М.А. правит роман» (ДЕБ, 172).

«12 ноября... Вечером М.А. работал над романом о Мастере и Маргарите» (ДЕБ, 174).

«1 января... Сегодня вечером были у Вильямсов. Был и Коля Эрдман. Просили М.А. принести роман — почитать. М.А. читал «Дело было в Грибоедове» (ДЕБ, 180).

«23 февраля. Вечером поздно. М.А. читал мне черновую главу из романа» (ДЕБ, 187).

«1 марта... У М.А. установилось название для романа — "Мастер и Маргарита". Надежды на напечатание его — нет. И все же М.А. правит его, гонит вперед, в марте хочет кончить. Работает по ночам...

6 марта. М.А. все свободное время — над романом...

8 марта. Роман.

9 марта Роман. М.А. читал мне сцену — буфетчик у Воланда» (ДЕБ, 189).

«17 марта... Вечером к нам пришли Вильямсы. М.А. прочитал им главы «Слава петуху» и «Буфетчик у Воланда» — в новой редакции» (ДЕБ, 190).

«24 марта. Вчера Эрдман и Вильямсы. М.А. читал куски из романа...» (ДЕБ, 191).

«4 апреля. Роман.

5 апреля. Роман.

6 апреля. Роман.

7 апреля. Сегодня вечером — чтение. М.А. давно обещал Цейтлину и Арендту, что почитает им некоторые главы (относящиеся к Иванушке и его заболеванию). Сегодня придут Цейтлины, Арендты, Леонтьевы и Ермолинские...

8 апреля... Роман произвел сильное впечатление на всех. Было очень много ценных мыслей высказано Цейтлиным. Он как-то очень понял весь роман по этим главам. Особенно хвалили древние главы, поражались, как М.А. уводит властно в ту эпоху» (ДЕБ, 192).

«3 мая... После уговоров Ангарский попросил М.А. читать роман ("Мастер и Маргарита"). М.А. прочитал три первые главы. Ангарский сразу:

— А это напечатать нельзя.

— Почему?

— Нельзя» (ДЕБ, 197).

22-23 мая. Завершена «вторая полная рукописная редакция романа» (ВК, 18), «последняя рукописная редакция» (Чудакова М. Указ. соч. С. 164) "Мастера и Маргариты" из 30 глав.

С 26 мая Е.С.Булгакова с сыном Сережей Шиловским на отдыхе в Лебедяни.

Конец мая — июнь. М.А. Булгаков диктует роман машинистке О.С.Бокшанской, внося существенные дополнения в текст. Процесс этой работы отражен в письмах писателя к жене.

27 мая. «Вечером Пилат. Мало плодотворно. Соловьев вышиб из седла. Есть один провал в материале. Хорошо, что не во второй главе. Надеюсь, успею заполнить его между перепиской» (5, 560).

30 мая. Утро. «Роман уж переписывается. Ольга работает хорошо. Сейчас жду ее. Иду к концу 2-й главы» (5,561).

31 мая. «Пишу 6-ю главу. Ольга работает быстро» (5,561).

1 июня. «Вчера я отправил тебе открытку, где писал, что, может быть, проедусь до Ялты и обратно. Так вот — это отменяется!

Взвесив все, бросил эту мыслишку. Утомительно, и не хочется бросать ни на день роман. Сегодня начинаю 8-ю главу. Подробно буду писать сегодня в большом письме. Сейчас наскоро вывожу эти каракули на уголке бюро — всюду и все завалено романом» (5, 561-562).

В ночь на 2 июня. «Хотел сейчас же после окончания диктовки приняться за большое свое письмо, но нет никаких сил. Даже Ольга, при ее невиданной машинистской выносливости, сегодня слетела с катушек...

Напечатано 132 машинных страницы. Грубо говоря, около 1/3 романа (учитывая сокращения длиннот)» (5, 562).

Днем. 2 июня. «Мы пишем по много часов подряд, и в голове тихий стон утомления, но это утомление правильное, не мучительное... Остановка переписки — гроб!

Я потеряю связи, нить правки, всю слаженность. Переписку нужно закончить во что бы то ни стало...

Роман нужно окончить! Теперь! Теперь!» (5, 563).

3 июня. Днем. «Да, роман... Руки у меня невыносимо чешутся описать атмосферу, в которой он переходит на машинные листы, но, к сожалению, приходится от этого отказаться! А то бы я тебя немного поразвлек!..

Шикарная фраза: «Тебе бы следовало показать роман Владимиру Ивановичу (В.И.Немирович-Данченко. — А.Г.). (Это в минуту особенно охватившей растерянности и задумчивости.)

Как же, как же! Я прямо горю нетерпением роман филистеру показывать... У меня нет автографов Горького, повторяю!.. Тебе, [...], изменила память... Это Коровьев или кот подшутили над тобой. Это регентовская работа!» (5, 564-565).

В ночь на 4 июня. «Перепечатано 11 глав» (5, 566).

В ночь с 8 на 9 июня. «...было переписано пятнадцать глав, а сейчас уже 16...

Устал, нахожусь в апатии, отвращении ко всему...» (5, 566).

10 июня. Днем. «Вот с романом — вопросов!! Как сложно все! Но и это до большого. Диктую 18-ю главу» (5, 567).

11 июня. «По окончании переписки романа я буду способен только на одно: сидеть в полутемной комнате и видеть и читать только двух людей. Тебя! И Жемчужникова. И больше никого» (5, 568).

13 июня. «Диктуется 21-я глава. Я погребен под этим романом. Все уже передумал, все мне ясно. Замкнулся совсем» (5, 568).

14 июня. Вечером. «Мое желание — беседовать с тобою одной...

Передо мною 327 машинных страниц (около 22 глав). Если буду здоров, скоро переписка закончится. Останется самое важное — корректура (авторская), большая, сложная, внимательная, возможно, с перепиской некоторых страниц.

«Что будет?» — ты спрашиваешь? Не знаю. Вероятно, ты уложишь его в бюро или в шкаф, где лежат убитые мои пьесы, и иногда будешь вспоминать о нем. Впрочем мы не знаем нашего будущего...

Свой суд над этой вещью я уже совершил, и, если мне удастся еще немного приподнять конец, я буду считать, что вещь заслуживает корректуры и того, чтобы быть уложенной в тьму ящика.

Теперь меня интересует твой суд, а буду ли я знать суд читателей, никому не известно...

Эх, Кука, тебе издалека не видно, что с твоим мужем сделал после страшной литературной жизни последний закатный роман» (5, 572).

16 июня. Под вечер. «Чувствую себя усталым без меры. Диктую 23-ю главу» (5, 573).

19 июня. Днем. «Пишется 26-я глава (Низа, убийство в саду)» (5, 574).

22 июня. «Сегодня надеюсь пододвинуться к самому концу романа, хоть и чувствую себя плоховато» (5, 574).

22 июня. «Если мне удастся приехать, то на короткий срок... Причем не только писать что-нибудь, но даже читать я ничего не способен. Мне нужен абсолютный покой (твое выражение, и оно мне понравилось). Да, вот именно, абсолютный!» (5, 576).

24 июня. Перепечатка романа окончена.

6-7 августа. «Я случайно напал на статью о фантасти ке Гофмана (Миримский И.В. Социальная фантасти ка Гофмана // Лит. учеба. 1938. № 5. — А. Г.). Я берегу ее для тебя, зная, что она поразит тебя так же, как и меня.

Я прав в "Мастере и Маргарите"! Ты понимаешь, чего стоит это сознание — я прав» (5, 593).

«19 сентября... Сегодня вечером М.А. сел за правку июньского экземпляра "Мастера и Маргариты" (ДЕБ, 203).

«28 февраля... Миша сидит вечером над романом ("Мастер и Маргарита"), раздумывает» (ДЕБ, 244).

«27 апреля. Вчера у нас Файко — оба, Марков и Виленкин. Миша читал «Мастера и Маргариту» — с начала. Впечатление громадное. Тут же настойчиво попросил назначить день продолжения. Миша спросил после чтения — а кто такой Воланд? Виленкин сказал, что догадался, но ни за что не скажет» (ДЕБ, 256).

«27 апреля у меня в дневнике: «Фантазия беспредель ная, иногда даже страшно, что человеку такое приходит в голову. Композиция сложнейшая, масса разных линий, которые то прерываются, то опять возникают. Половина действия происходит теперь, другая — в древности (Иешуа Га-Ноцри и Понтий Пилат), эта — особенно сильная, могучая. Захватывает так, что в третьем часу не хотелось расходиться. Лег в четыре и во сне не мог отделаться, — опять Булгаков читал все сначала, как всегда отрывисто, четко, сухо, синкопами и напорами ритма»» (Виленкин В. Незабываемые встречи // Воспоминания о Михаиле Булгакове. М., 1988. С. 299).

«2 мая. Вчера у нас было назначенное продолжение чтения: к той компании присоединились еще Вильямсы, которые, услышав про чтение, заявили, что они придут.

Было опять очень хорошо. Аудитория замечательная, М.А. читал очень хорошо. Интерес колоссальный к роману.

Миша за ужином говорил: вот скоро сдам, пойдет в печать. Все стыдливо хихикали» (ДЕБ, 256).

14 мая. М. Булгаков «снимает последний абзац последней главы («Так говорила Маргарита, идя с Мастером по направлению к вечному их дому...») и вместо него диктует Елене Сергеевне законченный эпилог.

Правка романа («авторская корректура») идет с перерывами до последних дней жизни. [...] Некоторые записи — наметки для будущих переделок — остались невоплощенными» (Яновская Л. Комментарий; 5,666).

«15 мая. Вчера у нас было чтение — окончание романа. Файко — оба, Марков, Виленкин, Ольга, Ануся, мой Женя. К ужину подошли Петя и Женя. Последние главы слушали почему-то закоченев. Все их испугало. Паша (П. А. Марков. — А. Г.) в коридоре меня испуганно уверял, что ни в коем случае подавать нельзя — ужасные последствия могут быть» (ДЕБ, 259).

4 октября. Начата тетрадь поправок и дополнений к роману: «Писано мною под диктовку М.А. во время его болезни 1939 года. Окончательный текст. Начато 4 октября 1939 г. Елена Булгакова» (5, 666).

«16 января... Работа над романом...

Сестра Миши — Елена пришла, читала роман запоем ("Мастер и Маргарита").

Пришел Ермолинский в валенках, читал вслух кусочек романа — воробушек. Мишин показ воробушка...

Вечером — правка романа» (ДЕБ, 289).

«24 января... Миша правит роман» (ДЕБ, 290).

«25 января... Продиктовал страничку (о Степе — Ялта).

28 января. Работа над романом» (ДЕБ, 291).

««13 февраля. «Булгаков еще работал над романом — видимо, последний раз. Е.С.Булгакова рассказывала нам об этом так: «В 1940 году он сделал еще вставки в первую часть — я читала ему. Но когда перешли ко второй и я стала читать про похороны Берлиоза, он начал было править, а потом вдруг сказал: — Ну, ладно, хватит, пожалуй. — И больше уже не просил меня читать». Обширность вставок и поправок в первой части и в начале второй говорит о том, что не меньшая работа предстоя ла и дальше, но выполнить ее автор не успел»» (Чудакова М. Указ соч. С. 648).

«15 февраля... Вчера позвонил Фадеев с просьбой повидать Мишу, а сегодня пришел. Разговор вел на две темы: о романе и о поездке Миши на юг Италии, для выздоров ления» (ДЕБ, 290).

«6 марта Елена Сергеевна записывала: «Я сказала ему наугад (мне казалось, что он об этом думает) — «Я даю тебе честное слово, что я перепишу роман, что я подам его, тебя будут печатать! А он слушал, довольно осмысленно и внимательно, и потом сказал — «чтобы знали... чтобы знали!»» (Цит. по: Чудакова М. Указ. соч. С. 650).