Краткое содержание произведений, материалы для сочинений Русский язык, правила, правописание английский язык, сочинения, справочные материалы исторические сражения, мифы народов мира биология интернет-магазин
издательство Лицей, материалы для презентаций, сочинений, рефератов курсовых и дипломных работ по литературе, истории, английскому и русскому языку, биологии

Основные мотивы романа И.С. Тургенева "Отцы и дети".

Перечень материалов
Авторы
Все книги написаны профессиональными литературоведами
© Издательство "Лицей"
© Тимашова О.В.



Основные мотивы романа Тургенева "Отцы и дети". Знакомство с героем.

Знакомство с героем. Основные мотивы повествования. Действие романа "Отцы и дети" начинается поздней весною. Дата указана исчерпывающе точно – 20 мая 1859 года. В этот день Николай Петрович Кирсанов, несмотря на то, что «солнце пекло», выехал к ближайшему постоялому двору. «Барин лет сорока с небольшим» готовится встретить сына. К тому моменту, когда мы знакомимся с ним, нетерпение отца достигло крайнего предела. Слуга, очевидно, устал «снисходительно ответствовать»: «Никак нет-с, не видать» ожидаемого экипажа. Да и как не радоваться! Аркадий хорошо сдал выпускные экзамены в университете и вышел «кандидатом» (высшее звание; более слабые получали диплом с надписью «действительный студент»).

Но Аркадий приехал не один, а с Евгением Базаровым, «добрым приятелем», студентом медицинской академии. Ему и предстоит стать главным действующим лицом; в деревенском доме Кирсановых представлять и говорить от имени своего поколения.

Неоспоримое в романе главенство Базарова нам дано осознать поначалу как меру влияния на своего друга. Следующая глава, описывающая обратный путь, это покажет. Дорога домой, в имение, которую предстоит проделать гостю – в тарантасе, отцу и сыну Кирсановым – в коляске, впереди.

Содержание третьей главы этим не исчерпывается. Два мотива начинают здесь звучать, как в музыкальном произведении, определяя тональность повествования. Вновь припомним дату встречи. Остается ровно год и девять месяцев до того, как был опубликован манифест об освобождении крестьян (так называемое «положение 19 февраля 1861 года»). За ним последовали радикальные изменения армии, суда… Реформы ознаменовали начало царствования Александра II. В глазах современников шестидесятые годы девятнадцатого века явились «эпохой великих реформ», давно ожидаемых. Эти реформы давно чаял писатель, написавший «Записки охотника», давший предшествовавшему роману название «Накануне».

В начале «Отцов и детей» перед нами знакомое по «Рудину» зрелище крестьянской нищеты: «…Деревеньки с низкими избенками под темными, часто до половины разметанными крышами (видно, в голодную зиму пришлось солому с крыш скотине кормить – О.Т.), и покривившиеся молотильные сарайчики с плетенными из хвороста стенами и зевающими воротищами возле опустелых гумен... Мужички встречались все обтерханные, на плохих клячонках...» В описании крестьянской бедности автор заставляет звучать новую ноту. Картину весеннего дня (который, как известно, год кормит) дополняют мужицкие телеги. Мужики «шибко катились» – «полагать надо, что в город. В кабак». Крепостные не могут изменить заведенный порядок. Они и не хотят трудиться при существующем положении, не верят своим хозяевам.

"Отцы и дети" показывают, что к концу пятидесятых годов перемены, собственно говоря, уже начались – «дело подвинулось вперед». Новое все активнее пробивает себе дорогу. Веяние времени изменяет отношения как личные, так и общие. Аркадий, любящий сын, чувствует к отцу «снисходительную нежность», «смешанную с ощущением какого-то тайного превосходства». Со своей стороны, Николай Петрович охвачен неподобающим главе семьи смущением. Почтенный вдовец, он просит сына не осудить свою новую привязанность, Фенечку. За краткий путь домой Аркадию предстоит выслушать еще множество новостей. Управитель сменился, дворня новая. Старые преданные слуги незаметно уходят (Николай Петрович сообщает про смерть нянюшки Егоровны). Их место занимают такие, как камердинер Петр – «человек новейшего, усовершенствованного поколения». Мы уже видели его щегольской наряд, были свидетелями свободного общения с барином. А Николай Петрович считает нужным пояснить, что камердинер уже отпущен на волю и служит по желанию. Да что люди! И дом, и усадьба, куда они сейчас въедут, тоже лишь недавно построены. Окрестным жителям они настолько непривычны, что поместье носит сразу три названия: «Марьино, Новая слободка тож, или, по крестьянскому наименованию, Бобылий хутор». Время требует еще более масштабных перемен. «Нет <…>, не богатый край этот <…>; нельзя, нельзя ему так остаться, преобразования необходимы <…>, но как их исполнить, как приступить?» – задумался с первых минут на родине Аркадий.

Параллельно начинает звучать другая тема. «Так размышлял Аркадий <…> а пока он размышлял, весна брала свое», – замечает всезнающий автор. Пока люди усиленно изменяют свою жизнь, в мире творится вечное чудо – возрождение природы. Оно воздействует на человека вне душного города, и с особой силой – на родной стороне. «Все кругом золотисто зеленело, все широко и мягко волновалось и лоснилось под тихим дыханием теплого ветерка, все – деревья, кусты и травы…» После долгой разлуки Аркадий полон восторга: «Какой здесь воздух! <…> Право, мне кажется, нигде в мире так не пахнет, как в здешних краях! Да и небо здесь…» Николай Петрович от души готов подтвердить мистическую власть родины: «Конечно <…>, ты здесь родился, тебе все должно казаться здесь чем-то особенным…» Но Аркадий вдруг фамильярно обрывает отца, словно и не сам затеял разговор: «Ну, папаша, это все равно, где бы человек ни родился». Прежде, чем так круто изменить тон и тему беседы, Аркадий, – гласит авторская ремарка, – «бросил косвенный взгляд назад». За ними же, мы помним, едет Базаров. Очевидно, его негативной реакции опасается младший Кирсанов. И опасается, мы увидим, недаром.

К категории вечного принадлежит искусство. С природой оно связано неразрывно. Спустя несколько минут Аркадий, наконец побежденный красотою весеннего дня, восклицает: «Но что за чудный день сегодня!» Отец его подхватывает, вспоминая строки Пушкина. Они приходятся особенно кстати: «Как грустно мне твое явленье…» Вдохновенно цитирующего Николая Петровича, Аркадия, который слушает «не без сочувствия», обрывает на этот раз Базаров. Он обращается к другу с прозаической просьбой: «…Пришли мне спичку, нечем трубку раскурить». Оба приятеля закуривают и пускают в волшебный весенний воздух клубы «заматерелого табаку».

К концу главы экипажи героев еще только «остановились перед крыльцом», но читателю многое уже ясно. Он догадался, вряд ли сбудутся надежды Николая Петровича «тесно сойтись» с сыном и «зажить на славу», без тревог и конфликтов. Становится понятно, что в будущем размолвки возможны. И не из личных побуждений. Автором намечен острый конфликт нового и вечного. Базаров, а вслед за ним Аркадий по каким-то причинам предпочитают не замечать этого вечного. Их новые взгляды своей резкостью напоминают «крепкий» запах табака и заставляют представителей старшего поколения «отворачивать нос» – «поневоле».



Запомнить страницу:



Rambler's Top100 Яндекс цитирования